К чему слова?

Когда бы точно это знать,
как не обидеть,
не предать, не выдать,
не обнажить,
какой-то подлой черствости перед тобою,
достойной, вероятно, много лучшего удела.
Хотя бы домика в лесу,и ржанья лошади,
иголок хвойных под ногами,
шагов не более десятка
до набегающей волны,
до бесконечности равнины моря
в тех местах, где можно утром
вдаль смотреть задумчиво и безмятежно...
Ведь как тебя не приручай,
в природных ареалах обитания
ты все же -
дикий зверь.
Таким, конечно же,
я знаю точно,
необходим необозримый горизонт,
свобода, равновесие, пространство,
как помощь ощущениям и мыслям,
взаимопониманью
между смыслом бытия и мирозданьем...
Но не вольер.
Ручными не бывают львы.
И, очевидно, нужно преклониться,
перед терпением твоим,
вполне осознающей,
что есть какие-то проблемы,
настолько сложные для понимания обычных смертных,
настолько же бессмысленные, чтобы задавать тому,
кто выносил любовь и заслужил бессмертье,
что лучше, вероятно, промолчать...
И я молчу в ответ.
А что еще сказать?
К чему слова в беседе
между львом и человеком?

где-то совсем рядом.....

Обычно я стараюсь избегать политических тем. Впрочем, у меня есть своё мнение, которое я держу при себе. Но иногда... И все же даже не о политике я хочу написать. Близко, смежно. Сегодня — просто об увиденном мною. Размышления, так сказать, на тему - «почему так». Вопрос оставшийся, сразу замечу, без ответа. Слишком много в последнее время вопросов. Ответов нет и не предвидеться. Может быть, единственный ответ — это побег Отсюда куда-нибудь Туда? Может быть, может быть. Все больше апатии и ощущения, что ничего не изменишь. Итак, мой близкий друг попросил меня передать передачу для его тестя, который содержится в данный момент в следственном изоляторе. История о том, почему он оказался там, заслуживает отдельного рассказа. Но не об этом речь. Сидят сейчас многие. Это примета времени. Вообще — черта нашего общества. Даже мрачная поговорка — «от тюрьмы и от сумы...», говорит о многом в нашем мироощущении. Мы все виноваты. Такова выстроенная кем-то система. На каждого что-то есть. Не так ли? Жутко уже на подходе. Холодно, минус двадцать. В помещении — это значит как на улице, только нету ветра. Все — в многолетней грязи и вони. Какая-то липкая душевная (душевная?) слизь, кажется сочится тут даже по потолку и стенам. Привет вам из 30-х....Вы думали это все осталось только в фильмах. Нет, это совсем рядом. Гораздо ближе, чем вы думаете. Я ехал в полной уверенности, что передача не займёт у меня много времени. Приготовив все так, как мне сказал мой друг еще дома (конфеты развёрнуты, сигареты вынуты из пачек, хлеб, колбаса порезаны...). Я глубоко ошибался. Толпа людей. Большинство из них производят совершенно мрачное впечатление. Испитые лица, стеклянные глаза наркоманов. «Ты чифирил там?». Много женщин, чьи-то матери, жены, подруги. Наводит ужас, стоящий в воздухе женский мат — та особая категория женской лексики, когда она скорее уже состояние исковерканной души. Везде — под ногами, под стенами, в углах сумки. Пакеты набитые чем-то. Пересекая порог этой комнаты, ты попадаешь в совершенно отдельный мир. Ты подозревал, что он, вероятно, должен где-то быть, но не знал, что он есть именно так. Три окошка. В одном принимают заявления и паспорта тех, кто передает передачи, в двух других эти передачи принимают. Я понимаю, что я далеко не первый в очереди, понимаю, что мне тут придётся побыть... Написать заявление не так просто. Стол железный. Его обступили со всех сторон. Холодный. И шариковая ручка на нем не хочет писать. Переписываю со стены формулировку заявления, которое прикрепляется к списку продуктов. О том, что я предупреждён о своей ответственности. Интересно, если все предупреждены, откуда определённая категория заключённых имеет все, что иметь запрещено? Я хотел бы понять, на какое будущее рассчитывает страна, в которой происходит такое... Происходит не с одним процентом людей. Я так понимаю, что этих людей в нашей стране очень много. Людей оставшихся без людского. Они там — потому что кому-то нужны послушные рабы. Они там — потому что выделять деньги на образование и культуру «западло» как принцип. Они там потому что у них не было другого будущего. Только это. И кто-то сделал этот выбор за них. Не буду даже пытаться закончить связно – это в этом случае, похоже, невозможно. Просто шок.

Без названия

Жизнь — нелепое геройство, или ежедневное преодоление самого себя в поисках того, что лучше, добрее, справедливей для всех? Часто люди воспринимают происходящее сквозь призму своих представлений о благородстве и позе, к тому же представлений, подчёркнутых из второразрядных фильмов и ещё Бог знает чего. И к сожалению, такой подход не имеет ничего общего с правдой, совершенно ничего общего. Они стоят на пьедесталах своих моральных страданий и галлюцинаторных видений, демонстрируя миру своё огромное душевное благородство, не понимая, что выдуманное ими, то есть то, ради чего они страдают - не объективно, попросту не существует и не может существовать, да и не нужно никому особо кроме них самих. Не говоря уже о том, чтобы оперировать проблемой с точки зрения вечности, когда собственно по выражению З.Мамардашвили, и появляется философия… И вот он стоит на постаменте. Он не ест. И не потому, что ему некогда из-за увлечённости решением какой-то проблемы. Это его принципиальное любование своим страданием, его мазохизм, который к сожалению никто не оценит и не поймёт. Он против всех — потому что они виноваты и не понимают. Они — придерживаются другого мнения, отличного чем у него. Я видел на картинках причудливых рыб, с фонариками на дуге прямо перед носом. Существует мнение, что эти фонарики освещают им путь, но я думаю, что они просто преследуют эти фонарики всю жизнь, не понимая, что приблизиться ближе, даже на миллиметр не удастся никогда. И что в этом преследовании фонарика? Мне кажется, ничего кроме глупости и слабости. Свет пробивающийся через толщу морской глади — он находится несколько выше дна. Определить виновных в своих проблемах, найти тех, кто не понимает, мешает жить так как хочется, гораздо легче, чем признаться в своих собственных ошибках и промахах. К сожалению порочный круг виноватых склонен непрерывно расширяться с того момента, как нашёлся первый виновный. Так что к концу всего — виноваты все. Кроме себя, конечно же. Пишу и думаю, что может показаться, будто я категорически не приемлю такую обласканную литературой фигуру, как Дон Кихот. Тот тоже...., похож. Нет, я не против. Я равнодушен к нему. Не вижу смысла в его поступках. Пока они не вредят и не мешают окружающим — это может быть как форма чудачества. Но они не стоят ничего, поскольку не несут в себе подлинности. Все это внешнее. Я думаю, что смысл происходящего с нами в стремлении сделать мир лучше и совершеннее. Однако в конфликте с кем-либо или тем более с самим собой совершенства нет, и не будет. Добро может породить отзывчивость, но также и непонимание, или даже явную агрессию в крайних случаях, но никто не слышал о том, чтобы зло породило добро. Впрочем, это так же как из посаженного бурьяна, никогда не вырастет слива. Мудрость заключается в постоянном компромиссе, а красота, подлинная цель - в благородстве пути и минимуме расстрелянных, ссыльных и прочих несогласных и виноватых.

не боюсь

Я настолько устал от нелепостей, что перестал их бояться. Поначалу нелепость страшит, потому что ты не знаешь как на нее реагировать. Но тут все поставлено с ног на голову и это нужно усвоить, это стоит запомнить, если ты вообще не хочешь закончить свои дни нервнобольным, заклейменным отщепенцем. Нужно перестать реагировать. Желательно же вообще перестать что-либо делать, тогда в твоей жизни нелепого будет меньше. Нелепых домыслов, нелепых споров, нелепых обвинений. Только тот, кто ничего не делает, а значит и не вызывает пристального к себе внимания может спокойно жить. Его никто не тронет. Также не стоит слишком много думать. Размышление приводит к познанию, а познание преумножает скорбь, а скорбный человек настораживает. Ведь все так хорошо. На бумаге. Личность, учащая строго по часам, давно не державшая (а державшая ли когда-нибудь?) в своих руках инструмент. Обремененная почестями и званиями и как бы «решающая». Рыбы-прилипалы на борту «Титаника» в образе хронических «одобряем» одобряют гибельный курс. Писатели-бумагомараки, чьих статей и исторических исследований (постановлений?) не читал и не прочтет никто, ведь написаны они были только ради, ну вы поняли чего... Еще более странный типаж, который как бы и на сцену выходит, а бывает, что и с коллективом, и «обременен» - но из года в год просто лажа, просто профанация, просто издевательство. Но Музыка бедняга, бедолашная так удобна для самозванцев. Ведь стоит одному, «свыше» сказать про такого – «да вроде бы и ничего», как этот человек уже превознесен, непотопляем и очень опасен. Все остальное неважно. Больше лжи, больше пафоса, больше автобиографий на-гора…. Авось поверят. Инженеры Сатаны? Полудохлые рыбы в мутной воде с тусклыми унылыми глазами неопределенного цвета. «Я скажу тебе с последней прямотой…». Это рудименты уходящей эпохи. «Кто убил классическую музыку?». Кто вообще убивает? Равнодушные, убогие, серые, незнающие и знать не желающие… Короче – герои не нашего времени. Я устал от их нелепого существования. Я перестал их бояться.

Е.М.
Перрон вечерний. Полустанок далекий.
"Summertime..." допевают мне сверчки.
Лес обступил меня справа.
Но кажется, что также снизу и сверху.
Слева, обостряя тревогу, обостряющую тревогу,
Фонарь станционный,
как сломанный,
метрономом
качаясь на ветру,
отражает в трещинах асфальта
овал Твоего лица
"Summertime..."

Не зря.

«ОНЕГА .JPG» на Яндекс.Фотках
Ничего в жизни я не учил дольше, чем Чакону Бах-Бузони. Не могу даже объяснить почему – тут и масштабность, и задачи, и все на слуху, и все одинаково, но все время по-разному. Долго учил.
Теперь, после просмотра какой-нибудь очередной страшилки по зомбоящику, я все время думаю, как это ни странно о …Чаконе. Ну хорошо, глобальное потепление, или метеорит упадет, уцелевшие люди борются с тараканами-мутантами – а зачем тогда Чакона? Неужели эти звуки, вящее совершенство мысли и чувства, эта победа духа над ничтожностью материи – неужели это было создано зря, и растворится в песках времени, исчезнет вместе с людьми? Неужели?
И все же, как посмотришь на то, чем занималось человечество (основная масса) на протяжении столетий, как посмотришь на это дерьмо, слезы, гной, страдания, все то, что одни периодически устраивали другим. А потом вспомнишь о Чаконе, и понимаешь, что не зря все мы коптили землю, раз один из нас, один из миллионов смог написать Такое, (или передать нам, или провести сквозь себя, как кому ближе).
Сотворить – СоТворить-Совместно с Творцом что-то сделать.
Такое совершенство и славу Живому Духу и маленькому человеку воплотить в звучании.
Не зря. Все таки мы живем не зря.
P.S. Хелен Гримо играет Чакону просто фантастически -

Как есть

Мне кажется, что жизнь можно условно подразделить на две половины – «еще жизнь» и «еще не смерть», и это довольно грустно.
Еще жизнь – небольшой, сравнительно, отрезок времени, когда тебе кажется, что ветер дует во все паруса и направляет тебя дорогами твоей судьбы, а если даже, он временно дует не в ту сторону, то тебе кажется, что у тебя всегда хватит сил и возможностей, повернуть корабль на нужный курс. Как там это у Бетховена – «Я возьму судьбу за глотку…»?
И некоторые таки берут. И правильно делают. Молодцы они.
Не верьте никому, что для того чтобы чего-то достичь, нужно быть мягким и пушистым. Нет, впрочем, как и подлецом быть не нужно. Судьба – категория за пределами наших размышлений о добре и зле.
Есть куча мотивационных книг, каких-то духовных практик, но суть всего можно сформулировать очень простой фразой – думай только о себе. И даже если мысль о себе алгоритмом выводит тебя к интересам другого человека, я Вам говорю – думайте только по себе. Потому что потом пройдет время, и все равно вернетесь к этому поворотному моменту в своей судьбе, но никто, никто не сможет ничего изменить. Вы начнете тихо вымещать злобу на окружающих, хотя это была лишь ваша проблема, ваш страх и ваша ответственность.
Потом говорить, что кто-то виноват в ваших неудачах, говорить о своем благородстве – это даже немного пошло. Никому это не нужно. Время прошло – вы виноваты в этом сами.
Время прошло – и вот он Стикс перед вами. Еще не смерть. То есть, как бы ты живешь, но понимаешь, что глобально – уже ничего не изменить. Вот так вот все – как есть. Как есть…

Люби свое!

Я думаю, что нужно быть Тургеневым, чтобы без традиционных и пошлых фраз описать всю прелесть этих мест. Жаль, что я не могу так, но попробую по-своему. Google говорит, что в этих краях любили отдыхать Сергей Рахманинов и Петр Ильич. Что ж, их выбор, после проведенной Там недели, мне понятен.
К отдыху я подошел, как бы это сказать поточнее. Приполз я к отдыху, в общем. Очень хотелось испариться куда-нибудь. И тут хорошую идею подал мой студент – поехать к нему на родину, в деревню Жолдаки Сумской области. Наверное, эта идея многим покажется безумной – 800 километров от Донецка, неизвестно куда ехать нужно. Но моя интуиция меня не подвела.
Прибыли под вечер, после серии многочисленных приключений – гаишников, отпавшего у друга на машине бензобака и так далее. Нас с Леной встретил маленький домик в саду и тишина. Через полчаса мы пришли на Сейм – речку, на берегу которой стоит село. От дома до обрыва у реки всего несколько десятков метров. Ты стоишь и смотришь – а красота, которая тебя окружает, настолько красива, извиняюсь за тавтологию, что все внутри замирает и хочется, чтобы это мгновение остановилось-таки если и не насовсем, то хотя бы подольше. Бежит прозрачная вода, ветер раскачивает деревья, мелькают ласточки – прямо на песчаном берегу у них гнезда. Может быть, это я один такой странный – но именно там, впервые я с отчаянно осознавал, как быстро проносится отпущенное мне время, и еще, там у меня не было скуки, если вы конечно знаете о чем я говорю, того желания, чтобы поскорей все закончилось. Я ценил ничтожную секунду бытия.
Когда стоишь ночью во дворе, подняв голову вверх – над тобою небо, и оно настолько огромно, будто затягивает тебя внутрь. На нем миллиарды звезд, и они сверкают, а Млечный путь видно настолько отчетливо, что он даже неправдоподобен.
Ходили собирать чернику – никогда раньше я представления не имел об этой ягоде. Ее там столько в лесах, что за всю жизнь не собрать. Вокруг шумят сосны и на много километров ни одной живой души. Черника – странная ягода, о ней нельзя с уверенностью сказать какая она на вкус, я бы сказал, что она прозрачная и прохладная.
Вечером – шашлык в саду, беседка под виноградом. И нет ничего лучше, чем сидеть рядом с любимым человеком, в окружении любимых студентов и говорить о пустяках. К беседам присоединяются комары.
Рыбалка – отдельная тема. Ничего крупного не поймал, так мелочь, красноперка в основном, но жутко интересно. Клев постоянный.
Лена брала уроки верховой езды на местном коневодческом хозяйстве. Я наблюдал. Могу сказать, что нету зрелища более эффектного, чем вид девушки на коне. Проходили шаг, и рысью ездила на плацу пару дней, затем выехала с инструктором в лес на часовую прогулку. Понравилось.
Люди, с которыми мне приходилось общаться там – вообще отдельная тема. Начнем с того, что там их практически нет. Село, как и многие такие села, можно сказать вымирает. Но те, которые там есть, совершенно уникальны, как мне кажется. Они просты, в их разговорах есть какая-то мудрость, а обозленности нет, и нет той смури, что характерна для жителей городов. Мне нравится разговаривать с такими людьми, и хотя интересы далеки от моих, их рассказы о лошадях, пчелиных ульях в лесу, о том, как нужно ловить карася для меня были чем-то совершенно особенным.
И еще несколько слов. Вот я проснулся в городе – выхожу на балкон покурить, а из глубин моего подсознания уже рвется – «как все достало!», достали машины, скудный, даже можно сказать антигуманистический пейзаж за окном, все достало. А это только начало дня.
Не знаю, может мне к психотерапевту записаться какому-нибудь, или кармические чакры почистить, но в деревне…
В маленьком селе Жолдаки, которого может и на карте не существует для подавляющего большинства людей, я нашел для себя тот баланс и спокойствие души, которое так нужно человеку.
Жаль, что не все любят такой отдых и не понимают, в чем тут смысл. А я считаю, что любить стоит только настоящее, подлинное, безыскусное. То чего не найдешь ни на каких морях и дорогущих курортах. Там конечно нету шаурмы, водных мотоциклов, аквапарков и ночных клубов работающих у тебя под окном до самого утра. И, слава Богу, что нет. Зато там есть то, что человек не может купить ни за какие деньги. Гармонию с окружающей действительностью.
P.S. Если кто захочет съездить – маршрут из Донецка: Донецк – Славянск – Харьков (объездная, не заблудиться, указатель на Симферополь, подразумевает также Сумы) – Сумы – Конотоп – Жолдаки.
P.P.S. На следующей неделе, разбавлю свой рассказ фотографиями. Но много изумительных фото тех мест, находятся также здесь.

Колыбельные для Элианы

"Колыбельные для Элианы" - мое последнее сочинение, которое я написал по заказу из США.
Элиана - так зовут маленькую, тяжело больную девочку. Ей всего три года, и ее родители попросили, чтобы я что-нибудь написал именно для нее. Кажется, сейчас она идет на поправку.
Я хотел написать искреннюю, может быть даже сентиментальную музыку. И поскольку у меня подрастают две дочки, я хорошо представляю, что это значит, о чем ты думаешь, когда твой ребенок болеет.
Не знаю, детской ли получилась эта музыка, или взрослой. Наверное, все же взрослой, поскольку тут есть мой эмоциональный отклик, взрослого человека, дети не настолько конечно эспрессивны, но все же. Я посвящаю эти четыре небольших пьесы всем детям - пусть их глаза сияют радостью и счастьем, и никогда не знают слез. Знаю, что это всего лишь слова в нашем мире, но как хотелось бы верить...
Моя огромная благодарность также моему дорогому другу и компаньону - Владимиру Куриленко. Запись звука и видео, моральная (и материальная) поддержка композитора - его рук дело.
Также, в качестве рекламы, могу заметить, что эта работа создана в рамках нашего совместного проекта - K&N Music Studio, больше о которой вы можете узнать тут - http://www.volod.com.ua/studio.php

Умер мой дедушка. Как к этому нужно относиться? Я не знаю. Жизнь – крайне несправедливая в этом вопросе штука, хотя бы потому, что она конечна. А это несправедливо для тех, кто тебя любит и находится рядом с тобой.
Он был очень необычным дедушкой. Во всяком случае, у других людей, я таких дедушек не встречал. Дедушек, которые способны со сломанной ногой ехать за тридевять земель заработать внуку на баян, искренне переживать все его удачи и разочарованья, быть абсолютно современным человеком, с которым можно поговорить по душам о чем угодно.
Я не буду, да и не должен писать много, потому что дедушка был крайне не пафосным человеком. Он мечтал стать музыкантом но, как и многие люди поколения войны, был этой возможности лишен историей страны. Несомненно – один из виднейших специалистов в гидрогеологии во всем Советском Союзе, обреченный, по причине пятого пункта, на невозможность настоящей научной карьеры и роста - он воспринимал детей и внуков, как воплощенье своих надежд. И я тебя постараюсь, дедушка не подвести.
В душе горечь. Потому что понимаешь, именно в этот момент - ничего нет дороже лишнего телефонного звонка, поездки к своим родным, ласкового взгляда и поцелуя перед сном, а еще, тех слов, которые находят дорогу к сердцу каждого. Слов признательности и любви. Все остальное – это такая ерунда и мелочь. Сколько я мог сказать и сделать, но уже не сделаю для него?
Только любовь. Только жизнь. Вечная жизнь.

Арзамас II

Все уверяют меня в том, что мое призвание – играть для людей. Ездить и играть.
Я и сам, пожалуй, догадываюсь, что дело так и обстоит.
Скажите, где набраться сил и решимости все лишнее бросить?
Голову вытащил – ноги увязли… И так все время.
В понедельник – два концерта подряд в музальных школах небольших городков – Кулебаки и Выксы.
В очередной раз убедился в том, что сегодняшние дети – никакие не особенные, тянутся ко всему хорошему и слушают даже относительно сложную классическую музыку с большим вниманием и неподдельным интересом. Есть, конечно, и непоседы, ну так они всегда были.
В Выксах концерт прошел просто замечательно. Наверное, это был один из лучших моих концертов в жизни. Везде – простые, очаровательные люди, с удовольствием слушающие баян, истосковавшиеся по нему.
Разговаривал с педагогами-народниками. Их работа – настоящий подвиг. Среди океана разлитого дерьма, островки музыкальных школ – действительно сродни «Канавке» Серафима Саровского.
Тем удивительнее для меня позиция многих родителей – «кому нужна ваша музыка».
Да это не она, это вы ей не нужны. Так же как не нужны такие «нужные» бухгалтера, адвокаты и юристы-международники.
А в Японии – музыка, игра на музыкальном инструменте, предмет обязательный для всех. Поэтому, наверное, у нас не Япония…
Рано утром во вторник, узнал, что такое русские морозы.
Перед посадкой в электричку, на перроне – минус 35. Вагон, в который я сел, по сообщению машиниста «плохо отапливается». Перехожу в другой вагон. Там обстановка не лучше, но все же терпимо.
Размышляю по пути об этих обыденных ситуациях в кочевой жизни.
А многие ведь думают – «Ах, как романтично! Поездки, гастроли!». А в электричке, не хотели бы прокатиться?
Хотя купейные вагоны поездов, бесспорно, заслуживают всяческих похвал. В них удивительно хорошо отдыхается, спится, читается, размышляется и пишется. Иногда, можно и на баяне поиграть, если нету попутчиков.
Проводники в поезде на Астану, обращались ко мне не иначе как «Шопен, продай товар!»…

Арзамас - I

Мои гастроли в Арзамасе и окрестностях, я могу с гордостью своей первой, полноценной гастрольной поездкой.
То есть, езжу я , конечно, постоянно, с той или иной степенью интенсивности, но что бы вот так – всю неделю, каждый день новые города и концерты в них, новые встречи, новые люди, и именно та, необходимая под вечер степень усталости, от которой не страшно лечь спать, зная что ты сделал что-то по-настоящему нужное и стоящее, ощущение проводимой тобой ежедневно маленькой Литургии во славу Музыки…
Собственно тур начался еще раньше.
Был еще один концерт, сыгранный в зале Ростовской Синагоги и посвященный памяти Сусанны Арабкерцевой – замечательного Музыканта и Человека.
Как это ни печально – концерт прошел для меня крайне неудачно. Он был не хорош, не откровенно плох – так, как-то серо.
Хотя странного в этом ничего нет – сказался и большой прошлогодний промежуток в нормальных занятиях, и неважная форма и какая-то несобранность, ужасные технические погрешности.
Акустически великолепный зал – был на этот раз только помехой. Я чувствовал его совершенство, предназначенность для звуков баяна и неподготовленность, несовершенность свою. Плюс ноги, которые мне некуда было деть, плюс, плюс…
Короче – все это просто оправдания, вывод один – работать надо, товарищи, над собой тщательнее.
Неудача, это тоже результат, из него делаешь определенные выводы. Или не делаешь.
В ночь после концерта – поезд на Арзамас.
В купе трое – я, огромный булль-мастиф, и его хозяйка. С этим псом, по словам хозяйки, можно и на медведя ходить…
С виду он довольно свирепый, но ведет себя спокойно. Хозяйка на каждой станции выводит его гулять. Все нормально, но совершать резких движений, видимо не стоит.
Неприятности у собаки начинаются с приходом в купе еще одной девушки. Она бурно выражает свое негодование по поводу собаки в поезде. Пес перемещается в холодный тамбур, до Новгорода он едет там. В Арзамасе, я выхожу.
На перроне – Алексей Михайлович, директор Арзамасского музыкального колледжа.
Мы встретились с ним так, как будто знакомы были сотню лет. Это всегда- добрый знак. Первый контакт с человеком – или есть, или барьер.
Барьера не было. Но одним словом тут не отделаешься. Алексей Михайлович заслуживает отдельной статьи.
Суббота – русская баня.
Воскресенье - Дивеево, мощи преподобного Серафима Саровского. Знаменитая «Канавка», которую по преданию не прейдет нога антихриста.
Впрочем, думаю, что эти места стоит лучше посещать с весны по осень. Все таки холод сказывался и последние метры «Канавки» я проходил, чуть ли не бегом. Что, конечно же, в таком Месте недопустимо.
В эти же дни – такие необходимые мне часы спокойных занятий. Тут уже я понял, зачем мне нужен был Ростов – разворошить мой душевный муравейник так, чтобы привести его затем в порядок (пускай и относительный), тут в Арзамасе...

Пианиссимо шорох секунд.
Незаметно проходят минуты.
Тихо в небо уходят часы.
Хлопнув форточкой, прочь улетают дни.
Оглушительно, будто тромбона вопль, уносятся годы.
Рвется нить наших судеб,
А мы...
Так пронзительно звук от стрелы,
натянутой в сердце звучит.
Ты играешь на мне.
Играешь по нотам любви.
Может быть, это странно звучит,
но мы
"в своей глуши,
предполагаем жить..."

После сказанного...

Мне позвонил друг. Ему плохо. Очень плохо из-за множества проблем, свалившихся на его голову. С такими проблемами не каждому дано справиться.
При этом все осложняет его, не придуманная мною доброта, и вообще нетипичный для нашего времени склад характера, уклад души. Людям с червоточинкой как-то легче все переносить, как посмотришь.
Раньше я хотел стать священником, я чувствовал внутреннее призвание облегчать тяготы других. Но в этот раз, я понял, почему я им никогда не стану.
Откуда-то всплыли вдруг мысли Ремарка об ужасах войны. О том, что рядом с тобой, на соседней кровати может лежать друг и страдать от ужасных ранений. А ты не можешь его понять. Ты не чувствуешь того, что чувствует он. Ты можешь ему сопереживать. Ты не можешь почувствовать его боль.
Я очень хотел помочь ему. Но я знаю, что слова мои ничего не значат. В таких ситуациях человек чаще всего слушает и не слышит.
Важно кому-то рассказать. Не важно, что услышишь в ответ. Тщета всего словесного. Боль всего внутреннего.
Через это можно только пройти. Ждать пока ветер изменит свое направление. Когда наступит утешение. И тебе воздастся за твое долготерпение.
Это конечно банально – «…приял бо крест, последовал еси Христу». Если может быть банальным единственно возможный ответ. Мы несем, ползем, падаем под ним, встаем, идем дальше. В одиночку. Но никому он не дается тяжелее, чем ты можешь снести.
Все хорошее когда-нибудь пройдет. К сожалению.
Как и все плохое. К счастью.
Если тебе станет лучше от моих, всего лишь слов, позвони мне еще! Я постараюсь тебе помочь. Своим молчанием.

Одни и те же сокровища...

Очень многие, если не все, повороты и события в жизни – моей, и окружающих меня людей, приводят меня к воспоминаниям о сказке «Али Баба и 40 разбойников». Отчего пещера была доступна одному, почему сгубила другого? Помимо того, что один в сказке был добр и щедр, а другой злой, завистливый и скряга. Если, так сказать, абстрагироваться от этих заданных жанром координат.
Какие нити в хитросплетении судеб видимого мира, нет, не дергают, лишь случайно касаются люди, перед которыми распахиваются двери пещер? Хочется верить, что это нити честности, служения добру и преданности Живому. Скорей всего, так оно и есть. Да, именно так. Верю, потому что абсурдно.
Абсурдно, как оглянешься вокруг. Но двери, тем не менее, распахнуты. И хотя это не должно было произойти, туда можно войти. И выйти. Выйти. Волшебное слово всегда с тобой.
Волшебное слово – вот центральная ось притчи. Знание его. Знание.
А смерть «отрицательного» персонажа в сказке – потрясающе метафорична, она – символ погони за... и обретения той пещеры, внутри которой пустота.
Но, во-первых – обретение ее, все же происходит. То есть видимо, задействованы те же рычаги, что и с первым персонажем. Сказано то же самое слово. Но с другой целью? Видимо да, потому что не случайно. Не случайно приведен в движение этот скрытый механизм распределения сокровищ. Дергали, что и говорить, за все ведущие туда нити. Дергали? Нате!
Обретено то, в чем, как оказывается, ничего нет, что могло бы пригодиться в ожидании смерти. Двери назад закрыты. Слово, вытребованное, именно вытребованное у судьбы, ложное по своей сути, в своей сердцевине, со временем позабыто. Нет, очень быстро позабыто. Скажу еще раз - Его толком никогда и не знали.
Смерть, венчающая ничтожное проживание с сокровищами, которые не сумеешь раздать. Ожидание внутри такой лакомой пещеры…
Оба получают одно и то же. Одни и те же сокровища. Один может выйти, другой нет.
____________________________________________________________________________________
P.S. Этот воистину шизофренический месидж, я посвящаю всем людям, которые ни за что не дергают. И не собираются. Они просто знают слово. Которое всегда с ними. Которое было вначале. Которое было у Б-га... Ну и так далее...

Что по этому поводу говорит Александр Сергеевич...

Пора, мой друг, пора! покоя сердца просит -
Летят за днями дни, и каждый час уносит
Частичку бытия, а мы с тобой вдвоём
Предполагаем жить, и глядь - как раз - умрем.
На свете счастья нет, но есть покой и воля.
Давно завидная мечтается мне доля -
Давно, усталый раб, замыслил я побег
В обитель дальную трудов и чистых нег.


«DSC05670-1.JPG» на Яндекс.Фотках

Александр Сергеевич все сказал сегодня за меня...

Наблюдатели

Они живут за пределами нашего понимания. За пределами добра и зла.
Их нельзя воспринимать с позиций нашего, субъективного восприятия происходящих событий. Они просто есть. Они что-то делают. Вернее даже, слово «делать» не будет в данном контексте уместным. Скажем так - Они просто наблюдают. И время от времени делают выводы и вносят свои коррективы. Если захотят.
Они присматриваются к каждому из нас с момента зачатия. Объяснить, почему их заинтересовал тот или иной человек не представляется возможным. Почему один из рода людского не проживает и пары дней в этом лучшем из миров, а другой, не имевший казалось бы от рождения никаких шансов, выживает?
Ради чего? Какой сложный орнамент лежит в основе хитросплетений последующих встреч и расставаний, сложившегося и не осуществившегося?
Откуда берутся люди, поддерживающие тебя в критических ситуациях? Кто заставляет их найти тебя и протянуть руку помощи? Они.
Почему вдруг возникают перекрестки, о которых невозможно сказать выиграешь ты или проиграешь? Такие перекрестки, когда ясно лишь одно – выиграешь и направо, и налево, и вперед. Но выигрыш везде разный. Материальный, или духовный, или смешанный эквивалент приза в конце.
Они эксперементаторы. Это ясно.
В противном случае, тем за кем они наблюдают, все было бы понятно. Наверное, тем, за кем наблюдение не ведется, со стороны так и кажется. То есть, что ведомые – счастливчики, определенно знающие, что им делать тут и куда идти.
Ничего подобного.
Знать, что выиграешь везде, при условии, если не знаешь что именно ты выиграешь, еще трудней, чем знать о возможности проигрыша. Мои персональные наблюдатели, я очень Вас прошу, дайте знать, куда мне идти. Я очень благодарен Вам, что вообще сюда дошел, и по большему счету все и так хорошо. Но куда дальше? Направо или налево?

Лавина

Не помню точно где, кажется у Мураками, я нашел интересную мысль, дословно уже не помню, о том, что каждый, без исключения, ребенок развивается вначале исключительно интенсивно во всех отношениях. И почему же подрастая, тот же самый ребенок, ну может не совсем и ребенок, в громадном большинстве случаев, развиваться перестает, и рано или поздно, костенеет?
В самом деле, почему так происходит? Ответ где-то рядом, но я не могу его точно сформулировать. Наверное, это еще труднее осознать, так как все таки проблема касается большинства из нас. Меня тоже.
Как будто идешь-идешь и упираешься в стену, а дальше ни-ни. Вспоминаешь, как ты шел к этой стене, не подозревая о ее существовании. А выходит, ты хотел именно к ней и дойти. И упереться? Уперся. Стоишь. Ждешь. Не то что капитулируешь, а просто как данность воспринимаешь. Дошел. Уперся. Стоишь. Ждешь...
Ведь не хочеться говорить о каких-то якорях, обязанностях и прочем, что согласно распространенным заблуждениям, непременно должно мешать, не давать, тормозить. Наверное, в какой-то степени, и это тоже. Но скорее всего, это ведь просто отговорки. Ну так, вот если честно себя спросить?
А еще у меня версия есть с заводом кирпичным. До определенного момента все - глина. Из глины делают кирпичи. Блоки неприглядные, их отправляют в фундамент, все равно ведь никто не увидит. Обычные - на стены. Покрасивее, цветные, на облицовку. Ну, вроде как социум наш. Разные кирпичи, но по содержанию ведь, все равно одно и то же. Интересно, а куда девают тот материал, который непригоден быть кирпичем, и существует ли вообще такой? Или все же в ход идет все?
Моя дочь смотрит мультфильм, вместе со своей старшей двоюродной сестрой. На экране - снег.
Софья, (моя дочка), восхищенно комментирует - "Смотри, он такой же мягкий, такой же пушистый, как ковер!"
Сестра ей отвечает - "Никакой это не ковер, это просто снег."
Завязывается спор. Через пару минут, Соня устает доказывать, и выдает напоследок мысль, - "И все же, он так напоминает мне ковер... А в душе он вообще - ЛАВИНА!!!".
Вот это образность мышления. Ей четыре года. Пусть продолжает в том же духе. Безо всяких кирпичных заводов.

Бесполезность

Мне пришла в голову парадоксальная мысль, настоящее открытие. Я вдруг понял, друзья мои, почему мы живем именно в такой стране. В такой..., как бы это сказать?
Откуда вдруг берется, (о-о-о, а сколько еще возьмется), так много всякого, что просто с души воротит и хочется приобрести для всех своих родных и близких билет в один конец?
Вот вам моя мысль. Совершенное отсутствие категории ненужного. Вакуум ненужности. Она, эта ненужность, не выдержала социал-дарвинизма, когда все эти старухи-процентщицы, объединившись с классом-гегемоном, стали определять полезность бытия с точки зрения мгновенности дохода. Вот, в точности, как говаривал, А.Вознесенский - "из поэзии шубу не сошьешь". Она и померла, поэзия эта хренова, прихватив с собой массу других интереснейших вещей. Короче, все ласты склеили - и физики и лирики...
Симфонические оркестры вместо нерентабельных Брукнеров и Сибелиусов у нас разухабисто наяривают музыку для мобильных телефонов, дирижеры этих самых оркестров незаслуженно получают очередные заслуженные звания, по телику соревнуются в том, как бы найти человека, чтоб вообще никаких талантов и сделать из него ого-го какую звезду, прикладная математика нам тоже не нужна - кто его знает, стрельнет или нет, через год или лет эдак через 25?
А кто рыпнется, тому сука, сидеть, ты что самый умный у нас? Ну и езжай, куда там тебе хочется. А унас ведь и звания дают, научные работы пишут, и даже зашищают. Только все это, господа мои хорошие, полнейшая профанация,подмена цели и средств. Это, так сказать, моя вам инсайдерская информация по секрету. Потому как все эти люди, со своими званиями и научными пуками не имеют никакой ценности не только с точки зрения вечности, а и вообще с точки зрения ближайшей недели. Ценности не имеют, а полезность имеют.
С такой полезностью, правда, мы не то что Googl-а не изобретем, мы даже логотипа к нему не сможем сотворить. Вот этот хамелеон у Linux, ведь прикольно же. Бесполезно на первый взгляд, но видимо на уровень продаж влияет. Полезная в итоге получается бесполезность. Да и люди, изобретающие какой-нибудь сверхмощный процессор, они ведь явно не "Владимирский централ" после дел праведных слушают.
На месте государства, я бы такую бомбардировку тотально бесполезным Моцартом и Кортасаром устроил, что мало места было бы. Потому как приоритеты должны быть. Инженеры человеческих душ что ли. Тотальный диктат. Чтоб разбить бутылку на детской площадке или харкнуть под ноги прохожим, самому распоследнему маргиналу диким, сомнительным делом показалось.
Сделайте государственное радио с классической, да просто неформатной с точки зрения вашего гребанного MTV музыкой, вменяемый и прикольный канал с балетами и фильмами a-la Кустурица, и чтоб менеджерами там были люди до 40, без всяких званий и рыгалий. Также неплохо было бы бесплатные кружки прикладной ядерной физики и популярной генетики в детских садах устроить. А художников проспонсировать на безумные проекты по раскраске раздражающих взор и всяческие представления о духовности жизненного пространства хрущевок, если уж их невозможно в обозримом будущем снести.
Я вам гарантирую результат в течении года-двух после принятия соответствующих решений. Только ведь это не выгодно никому, неполезно, знаете ли. Пиво перестанут пить в таких безумных объемах, перепродажи китайского дерьма упадут, потому как резко захочется чего-то самим делать, лучшего качества, а на пиво времени не останется.
А пока таких волевых решений нет и не предвидится, (ведь мы проводим конкурсы слепых кобзарей и отмываем на этом миллионы) рекомендую всем круглосуточно слушать онлайн радио SwissClassic. Правда, оно там в Швейцарии их бездуховной из всех радиоточек и безо всякого интернета так и прет. А еще, там интерсити-поезда с цитатами Гессе по всему периметру вагона ездят. Может в этом весь вопрос?
Слушайте нормальную музыку, читайте заумные книги, смотрите шизовые фильмы. Бесполезная, скажу я вам, вешь. На первый взгляд.

Кто куда, а я в Артемовск

Февраль - август. Что ж, довольно серьезный разбег между первым и последующим сообщением... Если так пойдет дальше, за всю жизнь я оставлю в блоге лишь пару десятков сообщений. Все это время, я много думал, думал, думал. Но почти ничего не придумал и совсем ничего толкового не сделал. Или делал что-то, но не для себя. Рефлексировал в связи с этим на тему - куда бы пойти дальше, так как в целом все остальное сзади и вокруг было неплохо. То есть неплохо было Вне. А я сам?
Как только закончился год в Академии, я просто сбежал из Донецка. Как из зачумленного. Потому что жизнь в большом городе меня раздражает.

Сейчас я в Артемовске. Собрался, что называется с мыслями, и хоть какое-то туманное представление о том, что делать дальше я составил. Или не составил. Или мне кажется, что составил Но это и не важно. Пока. Главное, что я тут, и я нашел, пусть на время, свою долю душевного покоя.

Собственно, я приехал сюда, надеясь дописать наконец вторую часть своей Партиты, которая никак не хотела, продолжаться дальше некой черты в моем сознании, а я соответственно совершенно не мог ничем другим заниматься, кроме как думать - а что там дальше все таки? Все время пробовал и так и эдак, но это все было совсем не то. Накануне вечером, я придумал очередной возможный вариант. Утром взял инструмент попробовать. Снова не то. И тут цепочка настолько далеких ассоциативных связей, что для постороннего кажется совсем ничего общего нет, приводит меня к РЕШЕНИЮ! Это удивительный момент всегда. Как будто духовно родил и видишь наконец все в Целости и оно начинает жить. Я был очень счастлив.
К слову, третью часть я также написал тут, в Артемовске. Это отличный город, для того что бы писать, рисовать, в общем что-то делать. Предстоит еще много работы конечно, набело все доделать, но этим уже можно заниматься где угодно.

Все это время, неделю, я читал Milan Kundera "Шутка". Скачал из нета список из 100 лучших книг по версии Newsweek и твердо решил все это одолеть системно. Правда, многое из этого уже прочитано. Ну так это ж бессистемно было...

P.S. В фото абсолютно никакой системы и художественности нет, потому как я вообще-то равнодушен к этому жанру (в своем исполнении), и никогда соответственно не был им особо увлечен. А вот вчера, что-то произошло. Просто очень хотелось фотографировать все то в моем городке, что мне очень нравится. Нравится, и не могу объяснить, почему. Что-то тут есть Прустовское в этом Артемовсе, из "По направлению к Свану". Атмосфера спокойствия. Атмосфера детства.